Французская любовь это, что значит французская любовь | Дзен
![Французская любовь это](https://vedenskiy.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/pyraf.jpg)
А сегодня вот Внучка, пока мы паковали вещи, занялась творчеством. Одна француженка спрашивает другую: -Ты когда-нибудь видела глаза мужа во время орального секса? Пасмурный вечер благоухал оранжевыми цветами похожими на огромные мальвы.
Её муж с первой их встречи восхваляет русские блюда Павел Скопин. Что такое любовь? Что означает на самом деле? Иерей Александр Сергеев. Что такое любовь, где и как ее найти? Ольга Чебыкина. Узнать свой язык любви. Ольга Чебыкина о книгах, смыслах и любви. Французы говорят «быть влюбленным в любовь». Журнал о кино и сериалах - Иви.
Французы считаются прирожденными экспертами в романтике и лучшими в мире любовниками. Роман с ними — дегустация изысканного вина и бурлящий фейерверк страсти одновременно.
Чтобы придать отношениям французского шика, совсем не обязательно ехать в Париж. Достаточно ощутить аромат французских духов, запастись круассанами и приступить к просмотру фильмов, которые научат наслаждаться моментом, смеяться над собой и неприятностями и любить по-французски.
Завуалируй это Живущие в городе любви Арман и Лейла Тебе всё можно. Женщина, стоящая за президентом Франции. Телеканал «СПАС». Ирина Хакамада. Любовь к людям [Чиллософия]. Marie Claire Russia. Россиянкам этого не понять: 9 неожиданных вещей, которые француженки позволяют себе в отношениях. Рассказываем, какого отношения требуют к себе французские женщины и что для них особенно ценно в отношениях с мужчиной.
Привычки в отношениях действительно отличаются в зависимости от культуры страны. Если у арабок существует много запретов в узах брака, то француженки требуют особого отношения к их личному пространству и к своей персоне в целом Семейные рецепты. Нежное мясо со сливочным ароматом. Попробовала новый рецепт любимого мной "мясо по-французски".
Веселый полиглот. Ирина Морозова КПТ - психолог. Зачем она нужна? Потому что их либо во флаконе не осталось. Либо не осталось самого флакона. Я вот знаю. Было это лет 25 назад. Мы с мужем только начали выбираться из нищеты. В головах ее было еще с лихвой.
Я не помню, откуда мы пришли с Валерой. Но вот отчаянье свое помню с первой секунды открытой в дом двери. А потом такой гнев на Элю, которая разлила эту воду, названную в честь Сальвадора Дали, который был сопоставим с сюрреализмом художника. Как я орала. Стыдно до сих пор перед Дочерью. А она не помнит этого. Детская психика заботится о том, чтоб мама была хорошей.
Так работают психологические защиты. Но это не значит, что такое стирается. Оно просто вытесняется из сознания. А позже может проявится в совсем неожиданных местах. Так я к чему это все. Сексуальность это больше состояние тела или ума? Объекта или зрителя? Забыл спросить, а когда куни делаешь, вставные протезы зубов снимать надо, а если не снимешь - чё будет?
Лидеры категории Лена-пена Искусственный Интеллект. Искусственный Интеллект. Nine Искусственный Интеллект. Тимофевна Знаток , закрыт 11 лет назад Дополнен 11 лет назад. Это было как в тумане. Француз и французский коньяк совместно победили меня.
Он оплатил и мое возвращение в гостиницу. Деньги остались целы, несмотря на то, что я был можно сказать в стельку. Франция не Россия. Таксист аккуратно сдал меня швейцару, а тот, видя мое состояние, вежливо проводил до номера, повесил табличку «Не беспокоить».
![Французская любовь](https://farm1.staticflickr.com/467/18829927718_182d65a961_o.png)
Живут же проклятые буржуи! И все-то у них продумано, все у них хорошо. Сволочи короче! По приезде в Новосибирск, я выбрал день и отправился в Солнечное.
![Французская любовь как это бывает](https://s9.travelask.ru/system/images/files/000/413/329/wysiwyg_jpg/79.jpg?1512583799)
В ноябре почти все съехали, но узнать адрес Татьяны у председателя не составило особого труда. Она жила в районе Кропоткинских бань. Это если не доезжать рыбного магазина Океан и свернуть на Линейную, то мимо никак не проедешь. Деньги я, тайком, выследил и отдал Вике во дворе. Сказал, что бы передала пакет маме. Там была вложена и записка: «Здравствуйте Таня! Здравствуйте и прощайте. Вы чудесны в жизни и на картине.
Ее купили во Франции. Какой-то чудак бородатый француз. Расставаться всегда тяжело! Это сложно описать. Внутренний голос шептал мне в спину: «Ты совершаешь самую большую ошибку в своей жизни!!! А я парил и немножко любил себя. Я представлял ее лицо.
![Как это - любить по-французски? Что такое французская любовь?](https://farm4.staticflickr.com/3724/19007249246_b3e594b662_c.jpg)
Я был немножечко дурак, ну, во всяком случае, не от мира сего. Это уж точно. Как в анекдоте: «Мне удалось обмануть кондуктора». Этот трамвай ушел без меня. Что Ришар прилетит? Но он это сделал, через два месяца,… под Новый год.
Нашел меня. Подучил немножко русский язык. Видимо ходил на краткосрочные курсы у себя во Франции. Предлагал еще деньги. Я не взял, мы опять пили хороший коньяк Готье, с трудом говорили. А кругом наряжали елки. По телевизору крутили любимое народом кино.
Он мне здорово надоел. Говорят, что проститутка женская профессия. Может быть. Хотя я не уверен.
И утверждают что за деньги можно все. Деньги это только розовые фантики. Я отказывался, он настаивал. Наконец мне пришлось спустить его с лестницы. Ну, не, так что бы носом по ступенькам, просто вывел его на площадку, помог надеть пальто и настойчиво показал рукой вниз. Язык жестов был красноречив. Он понял. Мелькнула последний раз рыжая борода и его угреватый нос. Розовые фантики это все-таки фантики! Все так, но что-то надломилось во мне после той встречи.
Мы, же русские, хлебосольные и наивные. Нам так просто можно сесть на шею.
Я всегда не уверен. Свое самолюбие складываю по песчинкам, его так легко разрушить. Песочные замки долго не стоят. А вот он другой. Я не знал, да и не мог знать, что мой отказ ничего не решил.
Он просто нанял детективное агентство, и они нашли общество Солнечное, о котором я имел неосторожность сболтнуть, и нашли адрес Татьяны и даже устроили их как бы случайную встречу у детского садика, когда она забирала Вику.
Картины я писать почти перестал. Так, изредка. Что-то выпотрошили из меня. Обо мне постепенно забыли, но профессия осталась. Я строил мосты и туннели. Мать с отцом были правы. Кусок хлеба я всегда себе мог заработать. Прошло несколько лет. Как то поутру в субботу раздался настойчивый звонок. Жена открыла дверь. Сам посмотри. На пороге стояла тонкая симпатичная девочка лет Не дожидаясь ответа, она смело сняла обувь и без стеснения прошла в мой кабинет.
А вы кто сударыня? Мы знакомы. Меня мама послала спросить, не сможете ли вы дать мне уроки живописи. От случая к случаю.
Навыки теряются. Вы очень талантливы. Случайно не Таня? Девочка улыбнулась. Я рассеяно прошелся по комнате, внимательно посмотрел в ее лицо.
Как она была похожа, на ту, которую я с таким упоением рисовал, боготворил. Я скажу, что завтра принести. Часов в одиннадцать вас устроит. Я приду обязательно. Самоходное орудие «Фердинанд». Занятия мои с Викой были не особенно удачные, но ей казалось, что она делает большие успехи. Она хотела сразу и очень многого, а когда я делал ей замечания, сильно напрягалась, но не возражала, а на следующий день повторяла ошибки вновь.
Тем не менее, у нее случались и удачи, и она откровенно ими гордилась. Мы никогда не говорили о ее маме. Я ничего не спрашивал. Ее как бы не существовало. Но как-то вдруг Вика сказала мне, что мама хотела бы поговорить со мной. Ей нужен был профессиональный совет. Стоит ли отдавать ее в художественную школу. Я боялся этой встречи. Вообще, «Когда ты ездишь на машине тебе всегда хочется другую». Это был не тот вариант. С большим волнением я отправился на свидание с женщиной над головой, которой в моем понимании светился нимб святости и безответной любви.
Что мы скажем друг другу? Мы должны были встретиться в «стекляшке» «Луизиане» на Каменской. Раньше там была приличная булочная, где иногда по утрам продавали Серябрянский хлеб, а теперь оно было похоже на заведение второго сорта.
Но новых владельцев это устраивало, место было бойкое и по вечерам не пустовало. В этот июльский вечер я не мог найти себе места. Сладостное томление в предвкушение встречи вызывало эйфорическую радость и одновременно тревогу.
Я тщательно одевался, смотрел в зеркало и вновь перебирал вешалки с одеждой. Оказывается, мой гардероб был довольно скудным. Я любил хлопковые пиджаки, они позволяют телу дышать, и хорошо поглощают влагу. В них всегда удобно, но они очень легко мнутся и выглядят очень уже по-домашнему, а нейлоновая и полистирольная одежда ничем не лучше душегубки.
Оставался только летний костюм из тонкой шерсти. У меня был такой только один- бежевый в коричневую полоску - Ricarard Tyler, правда я его уже затаскал и он мне приелся, но это мне. В пару к нему я подобрал английскую сорочку, мокасины цвета хаки. Галстук одевать не стал. Вышел в половине пятого, задерживая шаг, слонялся взглядом по прохожим и витринам магазинов, но все равно заявился раньше назначенного времени. Она сидела вполоборота у окна и уже поджидала меня, изучая меню.
Застиранная скатерть топорщились наглаженными складками. Тихо играли джазовые композиции Леонида Утесова и молдавского еврея Миши Альперина.
За окном слышался шум машин. Наверно Татьяна заметила меня в окно. Когда я подошел, она даже не подняла глаз, просто подала руку и, ухватив мою ладонь, посадила рядом. На ней был изящный малиновый топик из шелка, с атласными лентами на голых плечах. Из-под них, когда она двигалась, проглядывали белые лямки бюстгальтера. Я смотрел на нее безотрывно, на ее узкие загорелые руки, на соблазнительно блестящую складками ткань на груди и взгляд даже скользил дальше внутрь где волнующе темнел сумрак, а половинки груди округло вздымались и опускались от дыхания, играя блестящими складками шелка.
Я не сводил с нее глаз, а она внимательно, очень сосредоточенно изучала меню. Наконец она очень медленно подняла подкрашенные коричневым тоном веки, и мы встретились глазами. Я сразу вспомнил пустынный берег, зеленые с красноватым отливом сосны. Как солнце золотило, ее волосы и легкий ветерок трогал прядки у нее на лбу. Голубые бездонные глаза ее опять, опустошали меня до дна. Мы смотрели друг на друга и ничего не говорили. Но наши глаза говорили о многом. Она вдруг взяла мою руку и на мгновение прижала к своим губам.
Это было так неожиданно! Я хотел отдернуть ее, но она не отпустила ее, помотав отрицательно головой. Что она хотела этим сказать, извинялась за прошлое, благодарила, что я пришел или что-то другое?
Она мало изменилась внешне, те же светлые обрамляющие двумя овалами лицо волосы, как бы периодически подталкивающие с разных сторон подбородок, та же челка с небольшим горбиком аккуратно начесанная на лоб, но это была наверно другая женщина. Бледное лицо ее исхудало, сильней обозначились скулы, а в уголках глаз, где-то совсем глубоко поселилась обида или отчаяние.
Я чувствовал, что она стала другая. Я не мог понять, стала она лучше или хуже… - Я тут немножко заказала…,- сказала она просто, и не здороваясь, будто не было расстояния в годы и мы расстались сегодня утром. Только у нее была такая особенность говорить открыто, доверительно и сразу безошибочно брать такую ноту в разговоре, которая снимала всякое напряжение.
Она могла идти вабанк и у нее это получалось. Она не ответила, только повела бровями, бросая взгляд на меня. В детских сказках так крокодилы едят солнышко. И нету.
Это правда. Наверно так и было… много солнца, воздуха, и счастья. Я помню все, все до последней детали… … тебя, веселую взволнованную, твое платье с крылышками, сиреневый платок. Ты прав, - слегка наморщила она лоб, вспоминая.
Теперь вот, - она шутливо подняла ноги. Их плотно обтягивали слегка потертые в бедрах коричневые джинсы фирмы «Calvin Klein». Нам принесли по бокалу белого «Цинандали» в запотевших фужерах, и тонкие пластики ананасов на плоской тарелке. Ну а ты рассказывай,- сказала она, ставя пригубленный бокал на стол.
Ты так хорошо начал. Маленький вечер воспоминаний. Выражение, счастья удачи, что вам все же удалось благополучно выбраться. Так говорят только близкие. Я сразу почувствовал тебя. Ошиблась наверно тогда, «лохушка» доверилась первому встречному. Боже мой! Я просто тонул в них без остатка. Знаешь когда идешь по песочному дну и вдруг обрыв, ноги не ощущают ничего и, уходишь с головой в воду и кажется, не вынырнешь никогда.
Цепляешься носочками за дно, а течение уносит тебя все дальше на стремнину, где все бурлит и клокочет. Вот уже и носочки не достают. Чувствуешь все!
Там твоя погибель. Ты знаешь, что там твой конец, но сделать уже ничего нельзя. Нет сил сопротивляться. Вот так это было. В омут головой! В омут к тебе. Таня встала.
Оглянулась на окружающих, поцеловала меня в щечку, и засмеялась: - Это не забыл? Тогда даже голова, пошла кругом. Я весь дрожу просто от того, что ты рядом, и когда ты касаешься меня.
Она взяла мою руку и поцеловала каждый пальчик в отдельности, потом в обратном порядке и засмеялась как девочка. Ей было наплевать на окружающих. Пожалуйста,- промолвила Таня дурашливо и с мольбой в голосе. Но я к этому конечно была не готова. Я ведь была такая домашняя и неиспорченная совсем Я взял ее ладошку, под столом и мы вложили пальцы друг в друга.
Она пододвинулась ближе, взяла и заплела мне вторую ладошку своими пальцами, и я почувствовал себя как в капкане. Она потянула свои и мои руки вниз и наши лица, тела сблизились. Мы поцеловались, но коротко. Пускай порадуются за нас,- сказала она, бесшабашно оглядывая полупустое помещение с редкими посетителями. У нас же вино! Мы выпили еще. Она ела пластик ананаса и ее глаза лучились, испепеляли меня.
Мне не пришло в голову возражать. Я взял в буфете бутылку красного «Мулен Ван Домэн » года, из Бургундии, Божоле, которое продавали здесь с тройной наценкой, немного швейцарского сыра Эмменталь и фруктов. Не скрою, мне хотелось повыбирать, но я понимал, что это неправильно. Потому, что когда ты долго выбираешь, хочешь купить подешевле, женщина это чувствует и радости уже не получается. Тут должно быть какое-то безрассудство. Бармен все сложил в полиэтиленовый непрозрачный пакет, слащаво улыбнулся, косясь на мою спутницу.
Он явно зарабатывал удар в физиономию. Наш путь лежал по аллее березового парка, где вплоть до года было кладбище. Пройдя его очутились на улице Лебедевского. Здесь стояли три женских общежития от завода «Точмаш». Это были знаменитые в молодежной среде дома, получившие название «Три сестры».
Когда то я тоже бывал здесь. Это когда мне было двадцать, и ездил я на мотоцикле «Ява» привезенном с Волгограда. По молодости можно было подъехать и посигналить на площади образованной тремя домами. Порой выходили девушки и спрашивали, кого я жду. Слово за слово и вот уже ветер шумит, а милая девушка сзади плотно прижимается к сиденью и тебе. Молодость, когда это было!? И было ли вообще. Таня жила в семиэтажной пристройке из силикатного кирпича.
Здание предназначалось для молодых семей и сотрудников с детьми. Там не было строгой вахтерши на входе, стены не были исписаны, и все было прилично, хотя дизайн был явно советский из глубоких семидесятых.
Мне трудно было найти подходящие слова. В горле застрял комок. В лифте пахло собаками. Она опять сжала мою руку и тут лифт открылся. Она вела меня, придерживая за рукав, сама находясь чуть впереди. Узким коридором с зажигающимися от шагов лампами мы прошли до ее комнаты. На дверях угадывалась плохо закрашенная надпись «Кастелянша. Руки ее дрожали, и она никак не могла открыть. Мне пришлось помочь ей справиться с замком. Я почувствовал, что ее ладони стали влажные, когда она отдавала ключ.
Мы успешно зашли в полутемный пенал с двумя кроватями и трубами бойлерной над головой. Летом они не шумели, и было терпимо. Мало ли что там болтается высоко над головой. Я не знал кто эта Мария. Мне было все равно. Я понял значение ее слов, но сознание противилось этому. Не хотелось верить, что вот сейчас я так близок к тому, что трудно укладывалось у меня в голове.
Таня зажгла деревянный ночник из резной фанеры, который светил и отбрасывал, голубые и оранжевые лучи света на небольшой столик у стены, и предложила открыть вино. Штопор два раза срывался и пробка раскрошилась. Действительно с третьего раза пробка пошла. Дышала она прерывисто.
Лицо ее было в тени, и я ощущал его очень близко. Иногда даже мне казалось, я улавливал тепло ее дыхания у себя на шее. Мы выпили сразу и помногу. Просто я так налил, ошибся, а она не возразила или ей было все равно.
Вино было неплохое. Во рту появилось вяжущая горчинка, терпкие тона перемежались с ароматами лаванды, ванили, сандала и муската. Она вытащила заколки и встряхнула волосами.
Они тяжело светлым веером рассыпались у нее по плечам. Она взяла меня за руку и положила мою ладонь себе на щеку. Я уже не хочу, - сказала она с придыханием. Ришар же нашел меня. Все прошло уже. Правда еще Коллиуре я имел неосторожность рассказать про Обь, общество Солнечное, назвать твое имя, ну и картина у него была перед глазами.
Кто же знал про его намерения. Речь шла о работе, которую он купил. Только давай немножко добавим света. Я хочу твою ладошку у себя в волосах. Так ласкала меня мама, когда я была маленькой. Может мне все же уйти? Так с бухты барахты… столько лет не виделись. Зачем уходить? О нас. Художники все такие не от мира сего? Она доверчиво приблизилась ко мне и коснулась меня грудью. Под моей рубашкой я почувствовал точки ее сосков напряженные пружинистые. Легкий топик расходился на пуговичках полуволнами и слышно было биение ее сердца.
Я, правда, не такая страшная и не надо меня бояться, - сказала она чуть слышно. Это было восхитительно и чувственно и глубоко приникало во все уголки тела. В глазах у меня все поплыло, неясные очертания бойлерной дрожащим маревом смазались в легкой дымке. Я ощущал ее всю, даже трепещущие ресницы у себя на щеках. Вы просто трусишка.
Зайка серенький. Но я вам подсказывать не буду, не дождетесь, и так счет один ноль в мою пользу. А то так не честно. Мы поцеловались еще раз долго протяжно, и я завел ее, и свои руки ей за спину прижал ее сильней к себе. Она выгнулась, слегка, сдавленно всхлипнула: - Mon dieu! Я осыпал ее лицо шею короткими поцелуями, скользнул дальше и начал целовать ключицы, начало груди. Она откинула назад голову. Она трепетала в моих руках как пойманная птица. И никогда не верил. Je ne le dissuaderai pas!
Она засмеялась счастливым смехом. Я чуть нервными движениями начал расстегивать пуговички у нее на груди. Она завела руки за спину, открыла замок бюстгальтера и мягко свободно вывались две белые как снег грудки с большими коричневыми полукружьями сосков.
Ты сведешь меня с ума. Я стараюсь. Два один. Стараюсь увеличить счет. Непременно хочу победить. Я ласкал руками ее грудь. Чуть прижимал соски.